Годы 1141- 1147. «Про кинерала, невидека и сморочь»

         Внимательный читатель «Седмиц», просматривая летописные сообщения, наверняка уже заметил постоянное чередование в них букв «ч» и «ц». Вот и в этот раз: в 1144 году новгородцы делают мост «церес Волхово». Что это ошибка или неграмотность летописца?

         Такие же вопросы постоянно задавали себе археологи и лингвисты, знакомившиеся с текстами берестяных грамот после их открытия в 1951 году. Частое смешение букв «ъ» и «о», «ь» и «е», «ц» и «ч» учёные пытались объяснить малограмотностью горожан, их неумелым пользованием алфавитом. Притом, что слова на бересте писались без разделения, слитно, легко представить с какими трудностями прочтения приходилось сталкиваться при дешифровке текстов, да ещё напичканных «ошибками»! Шедевром тарабарщины стал текст одной из грамот XII века: »коросто кинерала невидека сия сморочь варала» (№ 663). Прямо рассказ как генерала Невидека какая-то сморочь зачем-то варает… Ничего себе, новгородский говорок!

         Анализ особенностей письма новгородцев долгое время не выходил за рамки «теории ошибок», пока в научном мире не появились публикации Андрея Зализняка. Он всерьёз занялся выявлением системности в замене букв и поиском причин этого явления. Сделанные им выводы ошеломляют: оказывается, новгородцы говорили и писали на собственном диалекте, имевшем существенные отличия от всех остальных славянских языков. Среди этих особенностей и характерное «цяканье», сохраняющееся до сих пор в северорусских говорах, и постоянное употребление окончания -е  в названиях вещей, в именах, и даже в глаголах: хлебе, замке, Милоке, Невиде, дале, приходиле. Главный же вывод учёного гласит: по каким-то причинам на Новгородчине на столетия задержалась так называемая вторая палатализация – общий для восточных славян процесс превращения заднеязычных согласных (к, г, х) в свистящие (ц, з, с). Поэтому новгородцы говорили келый – вместо целый, вхе – вместо все, херый – вместо серый.

         Современный русский язык многими своими чертами обязан древненовгородскому диалекту. Наиболее простым примером являются глагольные формы повелительного наклонения: несите, берите, или формы деепричастий: неся, идя и некоторые другие.

Приведённая выше абракадабра после искусного препарирования академиком А.А. Зализняком, оказалась сообщением о том, что дети некоего Коростки (обычное на Руси прозвище), а вместе с ними и Сморчовы дети – Невид и Касьян (уменьшительное  – Кася) заплатили пахотные подати (поралье или рало). В общем, всё понятно, по-новгороцки.

«ПОД ДЕСНИЦЕЙ ХРИСТА»

Известность Новгорода, как одного из крупнейших рынков Европы, привела к тому, что уже в XII веке он появляется в трудах наиболее известных географов. В 1130-1135 годах Гуго Сен-Викторский в своём описании мира упоминает реку Vlca, в которой историки видят упоминание Волхова. Составленное в Скандинавии в 1170-1190-х годах «Описание Земли I» упоминает две пары городов «Гардарики» – Киев и Новгород, Полоцк и Смоленск.

Картографы того времени наносили Новгород на свои карты. Наиболее древней из них является «Эбсторфская карта», относящаяся к XIII веку. Её размер – 3,58 х 3,56 м и сшита она из 30 кусков пергамена. Согласно христианскому мировоззрению, в центр карты помещён Иерусалим, где изображён восстающий из гроба Христос. При этом и весь мир показан в виде тела Христа: голова на востоке, руки на севере и юге, ноги на западе. Карта является настоящей энциклопедией: на ней показаны не только реки и горы, города и народы, но и даны сведения о минералах, растениях, животных, античных мифах, событиях библейской истории, местах проповеди и погребения апостолов.

Русь и Балтика находятся под правой рукой, «десницей» Христа. Под тремя горящими столбами показана река Olchis (Волхов), стекающая с гор в океан, а на реке нарисованы два города с башнями, повёрнутыми на запад. Подписи гласят, что это Novgardus и Kiwen (Новгород и Киев). То, что безымянный картограф поместил их на одной реке, не должно вызывать удивления, поскольку за этим стоит верное знание о едином торговом пути по Волхову и Днепру.

Эбсторфская карта погибла при бомбардировке англо-американской авиацией архивов немецкого Ганновера в 1943 году.

НАША ЛЕТОПИСЬ:

1141 г. – «Априля в 1 бысть знамение на небеси дивно велми: 6 кругов, 3 около солнця, а кроме солнця другыя 3 великы, и стоя близ не весь день. В то же лето придоша ис Кыева от Всеволода по брата Святослава вести Кыеву; " сына моего, рече, приимите собе князя …И Якуна яша на Плисе, и приведше и семо с братом его Прокопьею, малы не до смерти, обнажившее, яко мати родила, и сверша его с моста; но бог избави, прибреде к берегу и боле его не биша, но взяша у него 1000 гривен».

1142 г. – «Епископ и купце и слы новгородскыя не пущаху из Руси, и они не хотяху иного князя, разве Святополка; и вда им Святополка и-своею руку… И услышаша Новегороде, яко Святополк идет к ним со всеми людьми их, и яша Ростислава, и всадиша в епископль двор, седевше 4 месяци… В то же лето приходи Свеискеи (шведский) князь с епископом в 60 шнек (шнека — морское судно) на гость, иже и-заморья шли в 3 лодьях; и бишася, не успеша ничтоже, и отлучиша их 3 лодье, избиша их полутораста».

1143 г. – «Стояша вся осенина дждева, от Госпожина дни до Корочюна… и бы вода велика вельми в Волхове и всюде, сено и дрова разнесе; озеро морози в нощь, и растерза ветр, и внесе в Волхово, и поломи мост, 4 городне отинудь бе-знатбе занесе».

1144 г. – «Делаша мост весь церес Волхово, по стороне ветхаго, нов весь. В то же лето погоре Холм весь и церкы святого Илье».

1146 г. – «Том же лете сделаша 4 церкви: святую мученику Бориса и Глеба в граде, святого пророка Илье, и святую апостолу Петра и Павла на Холме, и святую безмзднику Козму и Дамияна».

 1147 г. – «На осень ходи Святополк со всею областию Новгородскою на Гюргя, хотя на Суждаль, и воротишася на Новем торгу, распутья деля (из-за распутицы)».