Григорий Михайлович Штендер – выдающийся архитектор-реставратор, исследователь древнерусского зодчества, вклад которого в изучение, восстановление и реставрацию шедевров новгородской архитектуры поистине неоценим.

В 1953 году, после окончания Киевского инженерно-строительного института, Григорий Михайлович и его жена приехали в Новгород по распределению. Как и многие молодые специалисты, они рассчитывали отработать положенные три года и двинуться дальше. Но больно уж приглянулся Новгороду трудолюбивый и дотошный молодой человек, и город задержал его на всю жизнь.

Григорий Михайлович был по-настоящему предан памятникам архитектуры древнего Новгорода и все свои силы и время отдавал их спасению. Им были изучены более 30 храмов, монастырских построек, гражданских строений. Первой самостоятельной работой молодого исследователя стала реставрация церкви Параскевы Пятницы (XIII в). Штендеру удалось настолько убедительно реконструировать первоначальную композицию храма, искаженного многочисленными позднейшими перестройками, что эта работа вошла в научный оборот, в многочисленные монографии и пособия по истории русской архитектуры. А церковь Петра и Павла в Кожевниках (XV в.), где соавтором Штендера по проекту реставрации выступала Л. М. Шуляк, стала единственным классическим образцом новгородского зодчества периода его расцвета, которому удалось вернуть первоначальный облик. Григорий Михайлович руководил восстановлением из руин и реставрацией памятника мирового значения – церкви Спаса на Нередице. Особой вехой в его деятельности стало изучение Софийского собора. Благодаря кропотливым исследованиям были сделаны открытия, имеющие чрезвычайную ценность для истории архитектуры и искусства. Их результаты позволили составить графическую и объемную реконструкцию древнерусского шедевра на первоначальную дату его возведения. Реставрировал он также комплексы построек Знаменского и Никольского соборов, Антониева и Хутынского монастырей, Грановитую палату…

Результатом изучения домонгольского зодчества в Новгороде стала диссертация «Архитектура Новгородской земли XI–XIII вв.», кроме того, он написал и опубликовал более 50 научно-исследовательских статей, прочел более 40 докладов и у нас, и за рубежом. Кстати, и такие древние города, как Киев, Полоцк, Псков, Смоленск также обязаны возрождением своих памятников Григорию Михайловичу.

По воспоминаниям коллег, с Григорием Михайловичем было на удивление легко работать. Он уважал чужое мнение, внимательно относился к интересным идеям. Было у него и еще одно неоценимое качество – он умел собирать вокруг себя многообещающих специалистов и «заражать» их своим любимым делом.

Как и многие настоящие ученые, Григорий Михайлович довольно равнодушно относился к бытовой стороне жизни и иногда бывал даже несколько рассеян.

- Он мог, заинтересовавшись чем-то, залезть в раскоп в нарядном костюме, — вспоминает воспитанница Штендера, лауреат Государственной премии Нинель Кузьмина. — А однажды говорит: «Что-то я сегодня хромаю». Глянули – у него на ногах разные ботинки.

Кстати, все, кто работал с Григорием Штендером, отмечают его отменное чувство юмора. «Любил посмеяться, любил шутку даже над собой… Если человек принимает шутку над собой и радуется, то это знак качества личности», — говорит о Григории Михайловиче заведующий кафедрой «Искусствоведение» Санкт-Петербургского университета Валентин Булкин. Многие годы он как археолог сотрудничал со Штендером, часто ездил в Новгород на раскопки, прихватывая и своих студентов.

Студенты просто обожали Григория Михайловича! Он умел так увлечь их своими рассказами, что они год за годом просились в археологическую экспедицию в Новгород. А затем написали воспоминания об этих поездках, где есть веселые и очень добрые байки про Григория Штендера. Например, такие:

«Штендер и Булкин имели одинаковые портфели и постоянно их путали. Ну, ладно Булкин, ему штендеровские бумаги без надобности, а свои он мог и подождать. А вот Штендер один раз открыл портфель на заседании депутатской комиссии. А что, скажите, делать на депутатской комиссии без молотка и зубила?».

«Однажды Штендер поздно пришел домой и сказал жене, что был у Булкина на раскопе. Та не поверила и возмутилась: «Если бы был у Булкина, то колени были бы в глине!»

«Однажды Штендер с делегацией попал в Италию. Потом рассказывал, что на экскурсии в каком-то итальянском соборе, пока все слушали мессу, он стал рассматривать кладку. Раствор, сказал, так похож был на цемяночный. «Я решил отковырнуть кусочек, достал перочинный нож, зубила-то у меня не было… Так не сумел отбить и крошки. Представляете, какая консервация!».

Увлечением всей   его жизни было рисование. Множество памятников новгородской архитектуры запечатлел Григорий Михайлович. «Он часто ставил будильник на пять часов утра, до семи рисовал на пленэре, потом возвращался, завтракал и шел на работу», — вспоминает его супруга Инна Александровна.